заговорили тут о бардах.
то, что мнение будто музыка просто обязана быть сложной, очень распространено, я знал.
но то, что неглупый человек, интересующийся психологией и философией, может считать, будто отличительными чертами бардов являются низкий уровень образования, примитивизм музыки и призывы к наркотикам и суициду, оказалось для меня открытием. еще большим открытием был приведенный автором высказывания пример (внимание! лучше сядьте) - Веня Дыркин. честно не знаю по поводу его образования, да и не важно это - сказки и песни от этого не становятся менее гениальными. и где, где там призывы к наркотикам?! может, я что-то пропустил?! к суициду там тоже как-то не склоняют - у него вообще стеба больше, нежели откровенного описания окружающей жизни, но это, млин, просто портрет того, в чем мы живем. если кто-то, увидев реальность, захочет суициднуться - флаг ему в руки. вот только я почему-то не знаю ни одного, у кого появилось бы такое желание, зато знаю нескольких людей, кого спасали его песни.

Теперь о мнении, что искусство (в частности музыка) должно быть сложным.
я назову только два имени и опишу лишь одну ситуацию. этого, на мой взгляд, более, чем достаточно.
Высоцкий. Цой.
когда музыкант выходит с одной разбитой гитарой, садится на край сцены, а зал затаивает дыхание и слушает, ибо рождается волшебство. и оно состоит не в сложности взятых аккордов. давайте не будем делать из музыки, да и из всего искусства, математику или физику - этого и так хватает.

по поводу образования и уровня людей.
вопреки расхожему мнению, не все люди, не имеющие высшего образования, идиоты. как-то даже наоборот - процент идиотов с корочкой порой зашкаливает.
а во-вторых, когда кто-то скачивает из сети интервью с известным неформальным музыкантом, которому связная речь даются весьма трудно и который после каждого второго слова говорит "например", а народ им восхищается, то философские разговоры Летова - конечно, бред неообразованного человека, литературоведческие работы Умки - вообще детский сад, сказки Вени - то, что с ходу может сочинить каждый, а тексты Ревякина - вообще просты, как букварь.

я просто фигею, дорогая редакция. (с) от того, что такое вообще может прийти в голову. не обязательно восхищаться творчеством того или иного человека, чтобы признавать его уровень. и..наверное, я что-то упустил, но я и большинство моих знакомых каким-то страннейшим образом относимся к тем, кого в свое время эта музыка спасла - и никто из нас не знает никого, кого бы она убила. суицид и наркотики происходят совсем по другим причинам.

..он позволил энергии этого мира влиться в себя, пульсировать в его венах.
больше не было того нежного юноши, переживающего за судьбы человечества и боящегося ранить кого-то собой - неосторожным словом ли, действием ли или мыслью. нежность стала острой. он изменился. он стал единым. он стал волком.
социофобия не исчезла, но исчезла причина ее - он больше не воспринимал людей заслуживающими внимания или мыслей..

На улице. Под дождем. Под фонарем. Под безбрежным небом.
Москва. Тверская. Оглядывающиеся люди.
Я забываю, где я, зачем я. Мне бы
Уметь не помнить, что скоро со мною будет.

Бумага. Капли. И тушью рисунки снова
Дрожат и мнутся. Неровные буков строчки.
А буквы - это ноты, конечно, слова.
А слово - тишь только слово. Ряд многоточий...

На улице. Под дождем. Под фонарем. Под безбрежным небом.
Мой дом разбился на тюрьмы желанных масок.
А деться некуда. Некуда. Некуда. Мне бы
Уметь наотмашь всех тех, кто желает сказок.

Но вместо - на улице. Под дождем. Под безбрежным небом.
Метро закрылось. И я не успел на поезд.
Не смог успеть. Заставить не смог. Ах, мне бы
Уметь не помнить, что значит любовь и юность.

Зима.
Мой мир оделся белым маревом.
Я здесь король, и принц, и паж.
Сладкоголосые оставили,
И песня вьюги -
Зимний страж.
И менестрель.
И муза искрами
Дарит холодный сей огонь.
И поцелуй. И губы льдистые
Зимы. И я - ее король.

Мой мир.
Оделся белым инеем.
Я здесь король, и принц, и шут.
Пронзают ветви небо синее.
И песня вьюги -
Дамский кнут.
И бездна - ветром. В очи смотрится.
И - падать - падать - не упасть.
Шучу, шучу над боленочами
Я и смеюсь над ними всласть.

Зима...
Останется ожогами
От льдистых лезвий
И коньков.
И Путь. Сплетается дорогами
Обледенелых призраков...

писать из страха, что не сможешь.
боязнь белого листа.
под кожей в нервах мелкой дрожью.
до ста - до ста - до ста - до ста
считать.
искать - искать - запрятать строки
на дно души. и - не найти!
бессильны боги. немы боги
перед листом пустым. прости.
дышать. дышать. дышать. и думать,
крича белесой тишиной.
и резать вены, кусать губы.
и - громкий вой - беззвучный вой.
и - ничего! нет больше песен
и нет миров - ни одного!!!
и этот мир - ха-ха! - не тесен.
и. тихо. падаешь. на. дно.

Тело. Достаточно молодо, чтобы истлеть
Пеплом несказанных слов.
Бездомный ребенок смотрит на смерть
На пепелище основ.
Я сторожу чернила души,
Чтобы нейтрализовать
Красную жидкость. В слове "дыши"
Слышится только "спать".
Молодость.
Едкой насмешкой в лицо
Из зеркала - красота.
Хочется матом. Или - свинцом
Сердце свое целовать. Но нельзя.
Заточенный в жизнь. И в пустоту.
Вечная молодость тел.
Бог давно умер, ангелы лгут -
Все, как он и хотел.
Музыка сдохла. На струнах души
Ищет приюта смычок
Нет никого, кто бы мог разрешить
Сделать последний глоток.

Живым браслетом по руке змея
Ползет. И в предвкушении укуса
Танцует сердце, вены серебря
Адреналиновой анестезией труса.
Змея, как ты – задумчива, но вдруг
С нездешней грацией взлетит. И в хрупкость шеи
Вопьется поцелуем острых вьюг
И горечью непринятых решений.
Она, как ты, она – твоя слуга,
И яд не убивает, даже лечит.
По венам едкой сталью октября
Проносится приказ о новой встрече.

И тело примагничено к земле,
И слой одежд невыносимо тесен,
И чей-то голос в едкой синеве
Слагает попурри из моих песен.
Да, это ты. И глаз не отвести.
И властный жест,
И нежностью из ножен
Сочится antidot для всей земли,
Вот только мне он больше не поможет…

Тоскуют вены по твоим губам.
Извечной солью сердца в поцелуе
Я память всю свою тебе отдам
В безумном танце, безысходней бури...
Всего лишь миг. Познанье. Цепь веков.
И алый вкус безмолвного признанья.
И бездна в отражении зрачков,
И свалка декораций без дыханья...
Гораздо больше, чем хотел и мог,
Гораздо больше, чем всегда я верил...
Соленый пряный неземной поток
Моей любви стучится в твои двери...

Останется пустым замерзший город.
И даже осень в гости не придет.
По мертвым улицам летит пустынный холод.
В распятом небе никого никто не ждет...

Закрыты двери. Выбиты все окна.
Но даже бездне места нет во мгле.
А городу до боли одиноко
В пустой, холодной, едкой тишине.

Туман. Садится тихо на колени,
Озябши кутаясь в безликую печаль.
Но даже горечь не войдет в Забвенье.
Хотя, возможно, Город ей и жаль.

И тишина звенит невыносимо
Какой-то нотой неизведанных частот.
Но даже время пролетает мимо.
В распятом небе никого никто не ждет...

а метель метет белой песнею
и смыкает веки земля
я смотрю о прошлом сны вещие,
сны на пятницу чертова дня.

имена врезаются пулями
поцелуи горят на душе
и хоть помню, что обманули вы
почему-то не верю себе

а метель танцует. и песнею
зазывает взглянуть ей в глаза
вспоминаю о тех, с кем вместе я
когда-то летел в небеса

вспоминаю о тех, с кем над бездною
я по тонкой струне проходил
вспоминаю о тех... грустит лезвие,
вспоминая о терпкости жил...

зимним пеплом все припорошено.
терпкий пепел горчит на губах.
я целую в глаза свое прошлое.
и прошу возвращаться во снах.

Пространство струится звуком
По тонким граням стекла.
В бокале моем - разлука.
По капля. По каплям.. Из сна
Доносится чей-то голос
Плакучих шелестом ив.
По стеклам окна - снега морось
Предчувствием леди-Зимы.
По пальцам струится локон
Морозного сквозняка.
Квартиры уютный кокон.
Серебряный свет окна.

Чужое тело. - Ни звука.
И даже дыханья нет.
В бокале моем - разлука.
И холод прошедших лет.
На окнах Зима узором
Сплетает свои следы.
На дверях - замки. Приговором
Опять выходить сквозь сны.

И небо манит угрюмо
Отдаться его серебру.
И вновь возродиться юной.
И вновь уходить во тьму.

И воплощаться снова
Из мира-тюрьмы в тюрьму.
И вновь возрождаться новой.
И вновь уходить во тьму...

02-04.09.2009

В твоих ладонях моя судьба
Плетет извечный немой узор.
Дотронься тихо. Звала сюда
Разбитым сердцем, дорогой гор.
Звала так тихо, что шелест ив
Казался громом средь бела дня.
Звала так тихо, чтоб ты, забыв,
Старался вспомнить скорей меня.
Старался. Вспомнить. Скорее. Сам.
А не поверить в мои слова.
Поверить - просто. Слова - обман.
Но память... где-то она жива...

В твоих ладонях поет роса.
И, в паутину сплетая дни,
Ты закрываешь мои глаза
Рукой. В преддверии лютой тьмы...
Совсем не страшно. Доверье вновь
Течет по венам сухим вином.
И согревается тихо кровь.
И первый шаг. В неизвестность. Вдвоем.

Больше пяти минут...
По пальцам струится вязь
Арабским письмом. Зовут
Нашу с тобою связь
Шелковой музыкой мглы
И потаенной тропой.
Тихо. Лицо тишины
Отображает лик мой.
Больше пяти минут...
Не убежать - не сметь.
Голосом свистнет кнут -
И с каждым ударом смерть.
С каждой минутой вновь
Атомный ветер. Шторм.
Ветер внутри. И кровь
Становится просто льдом.
Мутация хрупких вен -
И что-то звенит внутри.
Вечная серость стен,
Минуты стекают в дни...

Все, что я хочу сказать тебе,
никогда не облеку в слова.
Будет ветер, будет на заре
целовать замерзшие уста.
Будет буря, будет в тишине
слышен голос - по небу дождем.
Будет танец, будет обо мне
вспоминать усталый старый дом.
Будет много лет, и зим, и дней,
и минут, секунд, мгновений всех.
Будет много радостных очей
и очей, хранящих тяжкий грех.
Будет память, будет тишина,
будет росчерк - обещаньем встреч.
Будет бездна-жизнь и бездна-мгла,
прядь волос, что надо уберечь.
Будут письма, и любовь, и смерть,
будет все, о чем бы ни мечтал.
Только б мне суметь, суметь не сметь
украсть сердце так, как ты украл.

19.08.2009

Кончилось лето.
В городе снова
Неизбежная осень.
Много ответов
Для всех,
Кто ни попросит.
Отзвук печали
На частоте сознанья.
Кончились дали -
Остались только скитанья.
Памятью чувства
Тихо звучат по венам.
Помнить - искусство.
В калейдоскопе сцены
Узнаны лица
И найдены среди масок.
Будешь мне сниться -
Яркостью райских красок...

захотелось, чтобы она и здесь были.
для памяти.


tost - azhel

и еще одна.
с совсем хуевым голосом. но все равно люблю ее)

( Read more... )

</div></div>
vremena - azhel</div>

люди - жлобы. не могут сделать, чтобы в плеере игралось сразу целиком.. отвратительно, когда вместо песни - превьюшка, начинающаяся с полуслога.

Мы идем, но не знаем куда.
Мы затеряны в собственных снах.
Мы читаем свои письмена
В чьих-то стонах, застывших в устах.
Для нас нет границы миров.
И реальности наши - не здесь.
Мы смеемся на едкость оков.
Мы несем Позабытую весть.
В подсознании скрыта печать,
И немой запредельный узор
Нас ведет, заставляя кричать,
Убеждаясь, что все же - живой...
Для нас нету границы времен,
Для нас выбор дороже судьбы.
Под печатью забытых имен
Мы идем. И мы будем идти...

темной ночью в лесу
заблудилась любовь.
и осталась она
одинокой.
под луною пошла
по тропе новых снов
и застыла у ветра порога.
помолилась за жизнь,
за без боли полет,
пожелала спокойную ночь
и
восвояси ушла -
ведь никто и не ждет.
что-то слишком горчит этой ночью...

так и шла она сутки,
а может - сто лет,
только ночь все никак не кончалась...
так давайте же выпьем
за скорый рассвет
и за то, чтоб любовь не терялась...

Вам случалось когда-нибудь оказываться в месте, от которого захватывает дух; в месте, которое местные жители/хозяева считают самым что ни на есть обычным, а вот вас захватывает; в месте, в котором самым естественным образом собралось все то, что так сложно подобрать искусственно, создавая определенное настроение; в месте, имеющем свою неповторимую индивидуальность? я не говорю сейчас о пафосных памятниках архитектуры, создававшихся с целью удивить. я говорю о самых простых местах, о естественных чудесах и атмосферах. Таким для меня стал сарай небольшой деревушки в Казахстане. Я ходил по нему и вспоминал всю ту гору кистей и сложных махинаций, кои люди используют для лепки ангстовых картинок. Смотрел на стены, решетчатые окна, паутину на потолке и восхищался гармонией и естественной грацией этого сооружения. В неуклюжести есть своя грация. Я очень полюбил это место. И, блин, как же меня тошнит от пафосности слов, которыми я об этом пишу.




( еще 12 )